Ткани, жмых, масло и даже топливо. Что можно делать изо льна и какие перспективы у «северного шёлка» в Беларуси

22.09.2019 - 21:54

Новости Беларуси. Гродненская область на неделе отметила 75-летие. До сих пор регион один из лучших в стране, как было когда-то в Советском Союзе, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

Славится древними замками, промышленными объектами и безвизовой зоной: что должен знать о Гродненской области каждый турист

Но праздник тогда праздник, когда его предварила хорошо сделанная работа, чтобы было, чему радоваться. Впрочем, долго праздновать сейчас все равно нет времени – пора активная, особенно для сельского хозяйства. В стране сеют озимые, идет уборка кукурузы, картофеля, свеклы.

К 1 октября в Беларуси надо завершить сев озимых. Александр Лукашенко с рабочей поездкой в Гродненской области

Убирают и лен – политическую культуру (фраза, с меткого слова Президента ставшая крылатой). Уже убрано более 70 % площадей, засеянных под лен. Месяц назад, во время рабочей поездки в Ивьевский район все той же Гродненской области, Александр Лукашенко обещал проверить льнопереработку. И вот на неделе Президента встречали на Кореличском льнозаводе.

Лен вымотает, лен и озолотит. Весь смысл поговорки в репортаже Алены Сыровой.

Михаил Тутэйшы, владелец бренда белорусской одежды:
Гэта худзі. Гэта такая каптурка, яна з бавоўны, але таму, што я закаханы ў беларускую культуру і спадчыну, вырашыў: а чаму б не дадаць такую фішку і зрабіць частку ільняной.

Лен действительно осязаемая визитная карточка Беларуси. Непростая в возделывании культура неспроста хорошо растет там, где любят и умеют трудиться. Крепкий и светлый – лен отражает суть белорусов.

Михаил, несмотря на то что живет в основном в Австрии, из тех, кто это давно понял и прочувствовал. Потому в своих изделиях использует «северный шелк» исключительно отечественного производства, даже если за него приходится бороться.

Михаил Тутэйшы:
Трэба набыць лён, у лянковых крамах оптам усе есць. А калі я тэлефаную на аршанскі, то адразу: «Такога нумару льна няма». – «Чаму?». – «А ўжо на экспарт зышоў». У Аўстрыі трохі іншы клімат: там спякотнее, чым у нас улетку. Лён вельмі шануецца.

Неудивительно: лен – та самая доступная роскошь. И выглядит красиво, и полностью экологичен. За последнее европейцы готовы много платить.

Михаил Тутэйшы:
Гатовая прадукцыя – гэта было б яшчэ лепей. Таму што ў нас усё-такі, напрыклад, у Берасці, вольная эканамічная зона, лёгкая прамысловасць. Зрабілі прадукцыю – экспартавалі ў Еўропу. І не абавязкова гэта павінна быць штосьці канкрэтна аўтэнтычнае з беларускім арнаментам. Гэта можа быць штосьці нейтральнае, але менавіта лён. Таму што – «Ваў! Файна!» – Беларусь знакаміта дзякуючы льну, яна павінна яшчэ пашыраць гэты фактар.

Беларусь сегодня в тройке мировых лидеров по производству льна – впереди только Франция и Бельгия. Китай и Россия сдают позиции, предпочитая не тратить силы на изматывающее льноводство, а покупать втридорога, в том числе и у нас. Это только на руку Беларуси. Хотя в свое время мы чуть не потеряли стратегически важную отрасль и только благодаря принципиальной позиции главы государства не только сохранили, но и за последние пять лет вдове увеличили мощности производства исконно нашей «политической культуры».

Александр Лукашенко, Президент Республики Беларусь:
Лен для нас – это политическая культура. Посмотрите на герб: там лен.

Но лен – дело тонкое, и конечный продукт зависит не столько от количества, сколько от качества сырья. Чтобы получать длинное гладкое однородное волокно, необходимо постоянное внимание и строжайшее соблюдение технологий на всех этапах производства, начиная с подготовки почвы и выбора семян: здесь нужна определенная кислотность, да и не растет лен на одном поле чаще, чем раз в пять лет.

Иван Голуб, директор Института льна Национальной академии наук Беларуси:
За последнее время, можно даже сказать за год, вышли новые сорта наши: «Маяк», «Лада», «Рубин», «Дукат».

Все эти высокорепродуктивные сорта вывели в Институте льна в Орше. Часть отправили на экспорт, но прежде 152 тонны решили распределить по белорусским землям. После прошлогоднего ноябрьского совещания в Орше, когда Президент раскритиковал руководство АПК за небрежное выращивание льна, ученые проинспектировали буквально каждое поле, где собирались его сеять, и дали советы аграриям. Но больше проблем, говорят льноводы, возникает на этапе уборки. После того, как лен ляжет, его нужно как можно быстрее подобрать.

Иван Голуб:
Не убираем вовремя тресту с поля. Она ослабевает, говоря по-народному – сгнивает иногда, подгнивает. Тогда она слабая, и вместо длинного волокна получаем короткое, оно рвется. А чтобы от этого отойти, под 100 % потребность в технике. Если этого не будет, конечно, будем страдать каждый год вот так.

Кстати, 30 тонн семян отправили именно на поля кореличского льнозавода. Хорошие исходные данные, внимательные специалисты, соблюдение технологий и, конечно, благоприятные погодные условия дали свои плоды.

Лилия Чечетко – льновод с многолетним стажем, качество волокна может определить с закрытыми глазами. В 2019 году урожаем довольна.

В этом году лен изумительного качества: есть длина, цвет, крепость.

От качества тресты, то есть от того, как поработали в полях, зависят зарплаты сотрудников предприятия, а если брать шире – сколько заработает страна на продаже готовых изделий. Ведь каждый из 22 белорусских льнозаводов сначала выполняет госзаказ: часть волокна в обязательном порядке отправляют на Оршанский комбинат, откуда льняные изделия, ткани с пометкой «Сделано в Беларуси» разлетаются по всему миру.

Лилия Чечетко, начальник участка по заготовкам и переработке волокна ОАО «Кореличи-Лен»:
На Оршанском льнокомбинате, я думаю, будет получаться действительно высококачественное полотно, то есть ткани будут достойные и именно экспортного варианта.

К концу года здесь планируют получить до 2000 тонн льноволокна. Показатель хороший, почти образцовый, но можно и лучше. Об этом сказал глава государства, подводя итоги своего визита на «Кореличи-Лен». Здесь к приезду Президента были готовы. И не только потому, что еще месяц назад Александр Лукашенко анонсировал разговор о льноводстве, который состоится именно на этом предприятии.

Александр Лукашенко: «Переработать и загрузить наш льнокомбинат в Орше – нам надо 50-52 тысячи тонн волокна»

Как же добиться если не больших, то хотя бы стабильных результатов в льноводстве, будут обсуждать совсем скоро представители всех этапов производства, а еще ученые и эксперты. Президент уже анонсировал большое совещание, чтобы к посевной решить все вопросы.

Но сначала Александр Лукашенко обещал заглянуть и на Оршанский льнокомбинат. Важно все-таки проследить все этапы, чтобы объективно подвести итоги льняного года.

Александр Лукашенко: «Они сейчас посмотрят в Министерстве сельского хозяйства, со специалистами, чего нам не хватает»

Особое внимание технике. Об этом, пользуясь случаем, заводчане спросили главу государства. Пять лет назад на предприятии провели модернизацию, но оборудование изнашивается, чего-то не хватает.

Ответ таков: на оснащение денег жалеть не будут, что-то произведем сами, что-то закупим. Главное – эффект.

Александр Лукашенко: «Нам надо комбинированный агрегат»

«Кореличи-Лен» – пример хозяйского подхода. Тот случай, когда все же больше рассчитывают на самих себя. Чтобы экономить деньги на отоплении, приспособили остатки от производства волокна. Получились костробрикеты.

А еще изо льна производят масло. Кстати, ученые настаивают: помимо привычного льна-долгунца нужно уделить особое внимание другому виду этой культуры, который может принести немало прибыли.

Иван Голуб:
Масличный лен – это перспектива для Беларуси. Это льняное масло, это жмых (или – по-белорусски – макуха), который отходы, обладает высоким содержанием белка, жира, микроэлементов. Особенно это важно, когда добавляют в комбикорм для скота. Это то же самое, что соя. Мы закупаем очень много сегодня сои для скота в республику.

Так зачем же тратить валюту? Кстати, Оршанский комбинат, на который, по сути, работают все льнозаводы страны, часто вынужден закупать сырье в Бельгии или Франции. Попросту не хватает качественного отечественного волокна, которое бы годилось для экспортных тканей.

Игорь Ещенко, начальник управления развития ассортимента и рекламы продукции Оршанского льнокомбината:
Мы вынуждены покупать за рубежом, потому что у нас все-таки есть большие экспортные обязательства. Мы должны отталкиваться не только от загрузки мощностей, но в первую очередь смотреть спрос. А спрос идет в первую очередь на более тонкие пряжи, на более тонкие ткани.

Их охотно покупают в 42 странах мира – в Западной Европе, США, Турции. Новые направления – Ближний Восток, Южная Африка, Австралия. Давно известно, что белорусский лен любим многими брендами – от женского масс-маркета до производителей мужских костюмов класса люкс.

«Домой приеду – сразу же надену»: эту рубашку подарили Президенту в Кореличах

Loading...


ГМО, демпинг рынка и глобальное потепление. Всё, что вы хотели знать о белорусской картошке



Новости Беларуси. На полях страны уборка картофеля уже завершилась. Каков новый урожай «второго хлеба» узнаем у гостя студии Новости «24 часа». 13 ноября это генеральный директор научно-практического центра НАН Беларуси по картофелеводству и плодоовощеводству Вадим Маханько.

Очень и очень хороший уровень, такого Беларусь никогда не достигала

Сергей Прохоров, СТВ:
Как известно, Беларусь традиционный лидер по производству картофеля на душу населения. Скажите, нынешний урожай так же хорош?

Вадим Маханько, генеральный директор НПЦ НАН Беларуси по картофелеводству и плодовоовощеводству:
Он превзошел все ожидания. Даже несмотря на то, что по сравнению с прошлым годом мы посадили картофеля меньше, но валовый сбор прекрасный. А самое главное – мы перешагнули психологический рубеж 30 тонн с гектара. Это очень и очень хороший уровень, такого Беларусь никогда не достигала.

Сергей Прохоров:
Благодаря чему такой результат?

Вадим Маханько:
Первое: есть такой процесс как концентрация производства, когда меньше производителей, а каждый производитель, который остался на белорусском рынке картофеля, производит больше. То есть сегодня у нас уже четыре хозяйства, которые сажают по 1000 гектаров и более картофеля. Раньше для Беларуси эта была недостижимая цифра.

Сергей Прохоров:
То есть наша картошка, можно сказать, стала более качественной?

Вадим Маханько:
И качественнее, и крупнее.

Демпинг для нас неприемлем, потому что в Европе очень большие дотации на гектар

Сергей Прохоров:
Скажите, какие страны конкурируют с нами в этой сфере? И как мы боремся с конкуренцией?

Вадим Маханько:
Дело в том, что всегда с конкуренцией борются двумя методами: или более качественным товаром, или запретительными.

Песков: «Картошка в Беларуси очень вкусная»

Сергей Прохоров:
Ну, или более низкими ценами?

Вадим Маханько:
Это демпинг. Он для нас неприемлем, потому что в ряде стран Европы – вот, скажем, наша соседка Польша – они там применяют очень большие дотации на производство картофеля. У нас есть определенное количество дотаций на один гектар, но несравнимо с Польшей. Естественно, мы должны своим трудом добиваться более низкой себестоимости и более низкой отпускной цены.

Сергей Прохоров:
А что вы можете сказать про экспорт белорусского картофеля?

До экспорта миллиона тонн не дотягиваем, но стараемся взять низкой стоимостью и высоким качеством

Вадим Маханько:
Приятно то, что имея миллион тонн экспорта в Советском Союзе, мы скатились до какого-то минимума в середине 90-х, но теперь, скажем так, наши ставки растут. Из года в год мы наращиваем поставки и продовольственного, и семенного картофеля за пределы Беларуси.

С этого года очень активно покупает наш картофель Украина (в Украине были крайне неблагоприятные условия для картофеля в текущем году). И рекордное количество: мы поставили 300 тысяч тонн. Конечно, до миллиона мы не дотягиваем, но надеемся, что за счет низкой стоимости и высокого качества мы сможем нарастить поставки картофеля на большее количество рынков: Узбекистан – да, Грузия – да, Казахстан – надеемся.

Европейский союз может поставлять к нам картофель, мы в Европейский союз не имеем права

Сергей Прохоров:
Вы назвали, в принципе, наших традиционных партнеров, по потреблению картофеля в данном случае. Может быть, новые направления разрабатываются?

Вадим Маханько:
Если говорить об экспорте, то пока нам закрыта дорога в Европейский союз, есть запретительные меры. То есть Европейский союз может поставлять к нам картофель, мы в Европейский союз не имеем права.

Сергей Прохоров:
Работа ведется в этом направлении?

Вадим Маханько:
Конечно. Министерство сельского хозяйства и Министерство иностранных дел очень активно в данный момент работают над снятием этих запретительных мер.

Глобальное потепление. Примерно на 1-1,3 градуса – это плюс 30 новых болезней

Сергей Прохоров:
Сейчас много говорят о глобальном потеплении. Возможно, что этот процесс как-то скажется и на наших условиях выращивания и производства картофеля? И мы как бы будем их догонять или даже опережать в будущем каком-то обозримом.

Вадим Маханько:
Это палка о двух концах. С одной стороны, да, мы раньше сажаем и иногда можем чуть-чуть попозже убрать. С другой стороны, казалось бы, что такое – температура в Беларуси за последние 30 лет поднялась примерно на 1-1,3 градуса? Это плюс 30 новых болезней, которых раньше у нас не было. Часть болезней вообще африканские, которые через Западную Европу зашли к нам. То есть выращивать картофель с каждым годом становится сложнее. И нужно учитывать то, что картофель – это культура умеренного климата.

С ГМО мы работаем, но на специальном полигоне

Сергей Прохоров:
Достаточно актуальная тема, она на слуху постоянно – ГМО. Как вы относитесь к внедрению в продукты питания такой технологии? Используете ли ее при разработке новых сортов картофеля?

Вадим Маханько:
Скажу сразу: с ГМО мы работаем. Мы работаем, но у нас есть специальный полигон в отдаленном месте. Он огорожен и под наблюдением. То есть там проводятся только эксперименты. Результаты экспериментов на наши поля в традиционные селекционные программы не идут.

Как вообще придумываются названия для картофеля?

Сергей Прохоров:
Летом вы представляли Президенту новый сорт картофеля, тогда он еще был без названия. Уже появилось имя?

Вадим Маханько:
Еще рановато об этом говорить. Процесс создания нового сорта можно сравнить с тем, как ребенок идет в школу: первый класс, второй, третий и так далее. И название дается… можно сравнить с выпускным и получением аттестата зрелости: это новый образец, он доказал, что он один из лучших, прошел все тесты, сдал испытания, устойчив, вкусный и урожайный, хорошо хранится – и так по 60 признакам.

Сергей Прохоров:
Как вообще придумываются названия для картофеля?

Вадим Маханько:
Это такой же творческий процесс как у любого художника, когда он дает название своей картине, или композитора, когда он дает название симфонии или песне. Примерно так.

Александр Лукашенко рассказал, как пробовал чёрный картофель: «Господи, да на него психологически страшно смотреть»

Сергей Прохоров:
Вот мы смотрим на клубень – это его внешний вид, размер, цвет, вкус?

Вадим Маханько:
Наверное, в первую очередь это какое-то внутреннее чувство. Это ассоциация с чем-то. И мы традиционно стараемся, чтобы даже за пределами Беларуси из названия было видно, что это белорусский сорт картофеля.