О «новом» коронавирусе, изменениях в надбавках для врачей и вакцинации. Большое интервью замминистра здравоохранения

03.10.2021 - 19:41

Новости Беларуси. Более 1,6 миллиона белорусов прошли полный курс вакцинации от COVID-19, сообщили в программе «Неделя» на СТВ. Понятно, что здоровье не купить и не продать. Зато можно мотивировать заботиться о себе и своих близких. По инициативе профсоюзов на предприятиях оказывают дополнительную поддержку тем работникам, которые проходят вакцинацию от COVID-19. Где-то такие решения зафиксировали в коллективном договоре, где-то приказом руководителя. Есть примеры, когда после прививки дают дополнительные выходные.

Специалисты по-прежнему настаивают: самый действенный способ борьбы с инфекцией – вакцинация. Среди привитых от коронавируса заболеваемость практически не регистрируется. Если и происходит заражение, то болезнь протекает в более легкой форме. В основном такие люди лечатся амбулаторно. Вакцинированных пациентов нет среди тех, кто находится в реанимации и на аппаратах искусственной вентиляции легких. Первый заместитель министра здравоохранения Беларуси Елена Богдан ответила на наши вопросы.

Алена Сырова, СТВ:
Четвертая волна коронавируса, кто бы мог подумать, когда все это начиналось, что первой и второй все не ограничится. Чем четвертая волна отличается от тех, что мы пережили? Говорят, коронавирус стал агрессивнее к молодым людям.

«Заболевание протекает более тяжело, агрессивнее. Быстрее наступает ухудшение состояния»

Елена Богдан, первый заместитель министра здравоохранения Беларуси:
Да. То, что мы сейчас видим – поменялось воздействие вируса на нашу популяцию. Действительно, сейчас чаще болеют молодые люди. Заболевание протекает более тяжело, агрессивнее. Быстрее наступает ухудшение состояния наших пациентов. Но мы в готовности, и каждое утро в Министерстве здравоохранения проходит селекторное совещание с регионами, чтобы четко понимать, какая ситуация сегодня есть, как складывается ситуация в каждом учреждении. Сотрудники Министерства здравоохранения, включая руководство, министра, заместителя министра, еженедельно посещают красные зоны.

Алена Сырова:
Вы тоже?

«99,9 % пациентов в ковидных отделениях не привиты»

Елена Богдан:
Я тоже.

Алена Сырова:
Что вы видите там сейчас по сравнению с тем, как было тогда?

Елена Богдан:
Вы знаете, сегодня я вижу, что 99,9 % пациентов в ковидных отделениях не привиты. В отделениях реанимации – в тех учреждениях, где я была – 100 % непривитых пациентов. Поэтому, конечно, сегодня основная задача – это вакцинация. У нас поступила вакцина, закуплена Министерством здравоохранения вакцина «Спутник Лайт». Сегодня активно проводится прививочная кампания студентов. Мы провели наш совет по иммунизации с учетом поступления китайской вакцины, у которой нет противопоказаний беременным женщинам. Мы сейчас начинаем вакцинацию беременных женщин. Достаточно важный сегодня момент – то, что увеличилось количество пациентов, находящихся на кислородотерапии. Из первой и второй волны мы тоже сделали определенные уроки. За лето нам удалось значительно увеличить количество точек подключений кислорода.

«Мы пересмотрели подходы и к лечению коронавирусной инфекции»

Алена Сырова:
Сколько чего мы закупили?

Елена Богдан:
Мы смогли закупить и оснастить наши центральные районные больницы, это оснащение продолжается, компьютерными томографами. Сегодня у нас значительно увеличилось количество компьютерных томографов, соответственно, увеличилась диагностика. Следующее, что мы сделали – начали отечественное производство низкомолекулярных гепаринов, которые очень нужны и важны при оказании помощи этим пациентам. Если еще во вторую волну мы полностью были зависимы от импортных поставок, импортных закупок, то уже в эту волну мы идем с нашим отечественным производителем. Конечно, мы пересмотрели подходы и к лечению коронавирусной инфекции. Сегодня система обеспечена таким лекарственным средством как Ремдесивир, который при назначении в первую неделю заболевания позволяет предотвратить в достаточно большом количестве случаев тяжелые заболевания. Понимая, что мы были заложниками ситуации с таким препаратом как Тоцилизумаб, который производился только одной компанией в мире, мы активно проработали, и сегодня в наших лечебных заведениях имеются и другие препараты аналогичного действия, такие как Олокизумаб и Левилимаб.

Алена Сырова:
По поводу наших медицинских работников. В первую, вторую волну их стимулировали в том числе и финансово. Сейчас появилась информация о том, что как-то меняются надбавки, урезаются. Так это или нет?

«Выстроена более справедливая оплата за фактически отработанное время»

Елена Богдан:
Надбавки тем, кто работает с COVID, остались в прежнем объеме. Здесь вопрос немножко в другой системе начисления. Должна быть справедливость и в медицинских учреждениях. Если человек 24 часа в отделении реанимации, ковидные стационары, работает с такими пациентами – это одно. Мы же понимаем, что все это время он находится в контакте с опасным вирусом. И есть другие ситуации, когда, например, бригада скорой помощи приехала на вызов, обслужила, побыла у пациента 15-20 минут, уехала – и больше у нее таких пациентов не было. Сегодня выстроена более справедливая оплата за фактически отработанное время.

Алена Сырова:
Все же все медики говорят, что единственное решение, единственная возможность облегчить их работу – это попросить, настоять, заставить население вакцинироваться. Как у нас обстоят дела с желанием белорусов прививаться?

Елена Богдан:
Конечно, сегодня возможности системы здравоохранения по вакцинации граждан гораздо больше. Мы открываем в торговых точках, мы открываем в метро, мы выезжаем на предприятия. К людям пожилого возраста мы выезжаем на дом. Сегодня система здравоохранения делает все возможное, чтобы люди прививались.

После вакцинации есть летальные случаи?

Алена Сырова:
Активно обсуждают то, что есть летальные случаи после вакцинации, многие связывают это с вакцинацией. Минздрав уделяет внимание таким моментам? Проводите ли вы какие-то расследования или нет?

Елена Богдан:
Расследования проводятся. Если бы они были, то, наверное, оно бы уже стало достоянием всей гласности. Учитывая, как сегодня даже маленькое какое-то происшествие в какой-то из центральных районных больниц тоже становится достоянием. У нас четко и давно выстроена система надзора за применением лекарственных средств. В случае, если возникает какая-то реакция на введение лекарственного средства, подается информация в наш Центр экспертиз и испытаний. Есть определенная форма донесения, и тут же начинается оперативное расследование. Ведь у нас были ситуации, когда мы останавливали применение антибиотиков, которые очень часто вызывают анафилактический шок. Вплоть до того, что мы изымали всю партию, которая есть сегодня в аптечной сети, которая расположена в городах и плюс в аптечной сети больниц. Если такое происходит, то здесь срабатывает система, и неважно, это вакцина или это какое-то другое лекарственное средство. Достаточно плотно работают наши специалисты, очень многие из них являются экспертами международного уровня. И для меня личным примером является то, они привились одними из первых.

Алена Сырова:
А ревакцинация?

Зачем надо вакцинироваться? Три аргумента «за»

Елена Богдан:
О ревакцинации. Мы прописали в наших нормативных документах Минздрава, что ревакцинация будет через 9-12 месяцев после проведения полного курса вакцинации. Сегодня у нас основная масса населения еще не подошла к этому порогу необходимой ревакцинации. И, конечно, сегодня задача первоочередная – если люди обратятся для ревакцинации, мы ее проведем обязательно, это вне сомнений. Но сегодня наша задача вакцинировать.

Алена Сырова:
Давайте ваши аргументы. Тем, кто еще не привит по разным соображениям. Многие взывают к совести, говорят: не бережете себя – поберегите своих близких. Я, как обыватель, с той информацией, которая у нас сегодня есть, понимаю, что прививка меня не защищает полностью от того, что я могу заболеть коронавирусом, я могу быть переносчиком. Соответственно, этот аргумент не подходит.

Елена Богдан:
Почему он не подходит? В любом случае вакцина защищает, но у любой вакцины есть эффективность. И если у вакцины «Спутник» она больше 90 %, соответственно, 9 из 10 человек не будет переносчиком. Это первый аргумент. Второй аргумент. Конечно, даже если человек заболеет, то он перенесет заболевание легче. Если он будет переносить заболевание в виде насморка, головной боли с нетяжелыми, с легкими проявлениями – соответственно, выделение вируса, вирусная нагрузка у него будет меньше, чем у того, кто болеет тяжело. Это тоже огромный аргумент. Ну и третье, наверное, самое главное – мы сегодня все-таки развитая страна. Мы люди, которые заботятся о своем состоянии здоровья. Почему мы считаем правильным ходить на фитнес, ходить к косметологу, правильно питаться, красиво выглядеть, хорошо одеваться. Но почему мы не думаем о том, что мы должны о себе заботиться в том числе и вакцинацией. Почему сегодня мы все понимаем, что ребенка надо привить? Ведь мы начинаем прививки ребенку с родильного дома. Ведь у нас же не возникает вопроса, что мы делаем что-то плохое, ведь мы хорошо хотим сделать кому? Своему собственному ребенку.

Алена Сырова:
Может, тогда нужно сделать вакцинацию от COVID обязательной? Как в некоторых других государствах.

«Нам тоже хочется войти в нормальный режим работы»

Елена Богдан:
Понимаете, но ведь у нас сегодня ни одной другой вакцинации обязательной нет. В любом случае это по желанию граждан. И у нас по Конституции государство создает условия для гражданина. И все-таки, наверное, мы должны быть самосознательными. И если это для вас не аргумент, то, что я сказала, то подумайте о другом – подумайте о том, как вы будете получать медицинскую помощь. Сколько времени вы проведете и в какой… Вы знаете, что самое тяжелое для пациентов? Лежать на животе. Пока мы это перебороли. Поступает пациент – очень часто наши врачи говорят, что первые два дня уходят на то, чтобы ему рассказать, что он должен делать. Что он должен пить не литр и не стакан, а он должен выпивать действительно 2-2,5 литра воды, а то и больше. Он должен лежать на животе, он должен дышать правильно кислородом. И следующее. Ведь наши медицинские работники, нам тоже хочется войти в нормальный режим работы. Хирурги хотят оперировать, акушеры-гинекологи хотят рожать детей, педиатры хотят быть на профосмотрах и заниматься здоровьем детей. Мы все хотим работать в нашем обычном режиме, потому что эта помощь тоже нужна нашим гражданам. Думайте тогда об этом. Если вы не думаете о себе – подумайте о других людях.

Люди в материале: Елена Богдан, Алена Сырова
Loading...


Как будут судить беглых, заблокируют ли Telegram и ждать ли военных действий на границе? Интервью с Вольфовичем



Новости Беларуси. Мы все видим и готовы к любому развитию событий, стоит ли паниковать и готовиться к вооруженному конфликту? Об этом и не только Алена Сырова расспросила госсекретаря Совета безопасности Беларуси, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.  

Алена Сырова, политический обозреватель:  
Наверное, впервые в своей суверенной истории Беларусь сталкивается с таким давлением и напряжением у наших рубежей. Ситуация не может не настораживать. Только по официальной информации, на белорусско-польской границе не менее 20 тысяч силовиков. НАТО продолжает поставлять оружие в Литву, Латвию, Украину. У обывателей может сложиться впечатление, что нужно готовиться к полномасштабной войне. Оцените ситуацию.  

​«Мы здраво смотрим на эти вещи и не позволим спровоцировать. Отпор мы готовы дать»  

Александр Вольфович, государственный секретарь Совета безопасности Беларуси:  
С 2004 года начали нарастать группировки объединенных вооруженных сил блока НАТО на сопредельной территории, территории Польши и Прибалтийских государств. Это усиленное передовое присутствие, которое в 2017 году было начато. Также создана определенная группировка, проводятся различные мероприятия оперативной боевой подготовки. Только эта группировка насчитывает, по данным разведки, 12,3 тысячи человек. 167 боевых танков, 330 бронированных машин, 15 самолетов, 11 беспилотных летательных аппаратов. И некоторые другие вооружения: артиллерия, реактивные системы залпового огня.

В последнее время наблюдаем под видом борьбы с нелегальной миграцией и борьбы с беженцами, чтобы поставить заслон в Европу, только на территории Польши создана группировка, насчитывающая 23 тысячи человек, из них около 15 тысяч военнослужащих различных родов войск, которые приближены максимально к государственной границе и несут службу. Силы средств разведки у нас работают, отслеживают. Конечно, мы анализируем обстановку. Наши силы и средства готовы действовать адекватно в случае развязывания каких-то провокационных действий. Все, что создано сегодня на сопределе, может спровоцировать обстановку как искра.

Наверное, на что-то рассчитывают чумные головы, что мы поддадимся на панику. В том числе наш главнокомандующий отдаст приказ выдвинуть группировки к границе, а это уже может быть приграничный инцидент, который от небольших по размеру боевых действий может привести к крупномасштабной войне. Мы здраво смотрим на эти вещи и не позволим спровоцировать. Отпор мы готовы дать. Если анализ того, что происходит на территории Польши и Литвы, как-то можно оправдать – это страны, входящие в блок НАТО – то, что происходит сегодня на территории нашей южной соседки, народа, который настолько близок к народу Беларуси, не поддается здравому смыслу. Тоже истерия.  

​«То, что предпринимает Украина, это не добрососедские отношения, к сожалению»  

Александр Вольфович:  
Наверное, это истерия руководства Украины в надежде получить какие-то средства от своих западных кураторов, чтобы что-то себе урвать. Хотя за последнее время они и так немало получили. По моим данным, за этот год они получили помощь от США более 130 миллионов на вооружение. Не знаю, пошло ли это на вооружение или куда-то в другие места, но тем не менее. Недавно они уведомили нас, что они в рамках учений под кодовым названием «Полесье» на границах с Беларусью будут якобы отрабатывать вопросы борьбы с нелегальной миграции. Кто пойдет на Украину? Наоборот, из Украины 192 человека (украинцы) попросили белорусское гражданство и остались в нашей стране.

То, что предпринимает Украина, это не добрососедские отношения, к сожалению. Проводя оценку и анализ тех воинских частей и подразделений, которые находятся на территории сопредельных государств, пока еще говорить о какой-то угрозе развязывания конфликта преждевременно. Я думаю, что руководство Польши и Прибалтики понимает, что развязывать агрессию с Беларусью – себе дороже. Наши вооруженные силы способны сегодня ответить. Если они надеются привлечь вооруженные силы блока НАТО, то за нами стоит наш стратегический партнер, большая и мощная Россия.  

Алена Сырова:  
Есть ряд военных объектов российских на территории Беларуси. Всегда на сей счет очень много спекуляций говорят, нужно их опасаться. Особенно тем, кто на Западе.  

Что они тренируют? Бомбометание над Беларусью и Россией  

Александр Вольфович:  
Если говорить про совместное боевое дежурство, это решение было принято не сегодня и не вчера, даже не позавчера. С 2013 года на ротационной основе прибывают к нам российские самолеты, совместными экипажами мы осуществляем боевое дежурство вдоль государственных границ. Периодически, согласно совместным документам, у нас осуществляются также полеты стратегической авиации. Но это не так часто, как на территории сопредельных стран, где в неделю до 2-3 полетов с континентальной части США через всю Европу на территорию Прибалтики, Польши с отработкой вопросов дозаправки в воздухе, беспосадочные полеты, с бомбометанием на полигонах Польши, Прибалтики. Что они тренируют? Тренируют бомбометание над Беларусью и Россией, отрабатывают эти вопросы. Мы не осуществляем до 20-30 пролетов разведывательной авиации вдоль границ.  

​На базах, которые издавна находятся на территории Беларуси, нет боевой техники и такого количества личного состава  

Александр Вольфович:  
У нас совместное боевое дежурство, на совместном боевом дежурстве находятся те силы и средства, которые определены планами, но не такое количество, в этом нет необходимости. Совсем недавно принято решение о создании учебных центров, в частности, будут готовить танкистов, стрелков в России. У нас летчиков и специалистов войск противовоздушной обороны на территории Беларуси. Они никакую угрозу сопредельным странам не представляют, тем более это делается все на плановой основе. Создание каких-то военных баз, помимо этих учебных центров, – это нецелесообразно. А те базы, которые издавна находятся на территории Беларуси, на них нет боевой техники и такого количества личного состава. Да и вообще российских военнослужащих там совсем немного. Там в большей степени находится гражданский персонал, который выполняет работу, и белорусский персонал. Это рабочие места для белорусских граждан, которые живут в тех или иных районах. Поэтому эти базы не могут повлиять и привести к какой-то угрозе ни в Беларуси, ни нашим соседям на сопределе.  

Алена Сырова:  
Сейчас все взгляды прикованы к белорусско-польской границе, где находятся мигранты. Активно в СМИ распространяют истории, что самим белорусам этих людей стоит опасаться. Мы видели, что эти люди, доведенные до отчаяния, замерзшие, измученные ожиданием, уже взяли в руки камни.  

Если бы в моих жену и ребенка летела светошумовая граната, я бы не только камень взял в руки  

Александр Вольфович:  
Опасаться не стоит точно, потому что люди ехали с мирными целями туда, куда их позвали. Их позвали в Германию, Великобританию, там, где хорошо. Они туда и бегут, пытаясь найти различные пути достижения своей цели. Кто-то через Средиземное море плывет и тонет, кто-то избирает другой путь. Люди просятся туда. Говорить, что они представляют угрозу для Беларуси – я бы не сказал. Тем более, посмотрев буквально прошедшие новости, где наш Президент внезапно посетил этот ТЛЦ и пообщался с людьми. Глядя на лица этих людей, как они смотрят на нашего Президента, говорят «спасибо» Беларуси, Президенту, за то, что предоставили крышу, тепло, медпомощь для детей и другие элементарные вещи, наверное, глупо говорить. Тем не менее, почему они взяли палки и камни? Я ставлю себя на место любого мужчины. Если бы у меня находились рядом жена и ребенок, в которого летит светошумовая граната, которого травят газом, наверное, я бы не только палку взял и камень в руки. Поэтому это защитная реакция доведенных до безумия людей.  

Не думаю, что эти люди принесут какие-то большие проблемы в Германии, Великобритании или Франции  

Александр Вольфович:  
То, что касается Беларуси – мы видим, белорусская сторона делает все возможное. По моей информации, пока никакой помощи не оказывается Евросоюзом. Никаких денег не перечисляется, те заявления, что выделено – не знаю, кому оно выделено и куда оно дошло. Сегодня все финансирует белорусская сторона. Мы по-другому поступить не можем, потому что мы думаем о людях и не только о белорусах. О тех всех, кто находится на территории нашей страны. Мы к ним относимся по-человечески, по-людски. Эти люди для Беларуси угрозы никакой не представляют. Они летят через туристические фирмы, они оплачивают туристические услуги. Они оплачивают гостиницы. Потом из гостиниц они выезжают.

Тяжело, конечно, проконтролировать каждого человека. У них есть деньги, они едут с деньгами. Они копили эти деньги, чтобы потратить их в Европе, но вынуждены тратить в Беларуси. Есть, конечно, особенности, национальные особенности культуры этих людей. Они отличаются от культуры белорусов. Но они прислушиваются, прислушиваются к сотрудникам Министерства внутренних дел, которые им делают замечания. По крайней мере, последние 2-3 месяца правонарушений, каких-то серьезных проблем с нахождением этих людей на территории Беларуси не было. Евросоюз пытается предпринять меры, обязав Ирак отправить самолет и вывезти этих людей. Знаю, что проводился опрос. До этих людей, которые находятся в том числе в этом транспортно-логистическом центре, информация доводилась.

Но не все желают возвращаться в Ирак. Все-таки цель свою, которую поставили перед собой, с повестки дня не снимают. Должны же все-таки деятели в Евросоюзе одуматься и сделать то, о чем они постоянно кричат. Показать свои демократические ценности, выполнить те международные договора элементарные, про которые они все время говорят. И пропустить этих людей в Германию, пропустить их в Европу. Не думаю, что эти люди, или уверен даже, оставшиеся на территории Беларуси, принесут какие-то большие проблемы в Германии, Великобритании или Франции – туда, куда они рвутся. Люди, которые будут трудиться, работать, зарабатывать деньги, чтобы существовать. Поэтому здесь никакого риска и страха не вижу.  

Алена Сырова:  
Референдум у нас будет через пару месяцев, не позднее февраля он должен пройти. Все еще не представлен проект Конституции, а наши оппоненты уже готовятся к определенным провокациям и к срыву этого референдума. Глава государства озвучивал, что есть у них определенные замыслы. Как считаете, наши правоохранители готовы пресечь какие-то попытки?  

«Мы на эти фейки, на эту ложь сначала смотрели сквозь пальцы. Думали: ай, ерунда»  

Александр Вольфович:  
Во-первых, мы вынесли большие уроки после 2020 года. Это развязана информационная война, по-другому никак не скажешь. И вот мы здесь немножко допустили, наверное, оплошность. Мы закрывали глаза на те Telegram-каналы, на те чаты, которые были в доступе и в которых публиковались и призывы, и вся эта грязь, и ложь, и фейки. И некоторые люди, поверив в это, развесив уши, наверное, по-другому психология человека не может работать. Они в это поверили, вышли на улицы, пытались что-то доказать, не понимая что. А некоторые просто шли в общей массе как на демонстрации. Ведь многим просто задурили голову. Почему? Потому что мы на эти фейки, на эту ложь сначала смотрели сквозь пальцы. Думали: ай, ерунда. Нет, не ерунда. На это надо реагировать. И после этого уже, конечно же, внесены соответствующие поправки в законодательную базу. За это время, я знаю, что около 300 чатов признаны экстремистской направленности, прекращена работа около 100 чатов, по-моему. 17 групп лиц, которые на различных интернет-площадках работали, также признаны экстремистскими. И так далее.  

Алена Сырова:  
Может быть, проще не закрывать по одному, а в целом ограничить работу мессенджеров на территории Беларуси? Можем решиться на такую меру?  

Telegram могут заблокировать на территории Беларуси?  

Александр Вольфович:  
Можно и так, конечно. Пойти этим путем. Но правильно ли это будет, демократично ли это будет? Все-таки мы надеемся на здравый смысл. Конечно, сложно. Одни чаты мы закрываем – другие появляются. На это надо реагировать. Доводить до людей информацию, говорить больше, правду рассказывать. Я думаю, все-таки наш народ видит, как работает Президент, как работает правительство, руководители госорганов, какие решения они принимают. И для чего они принимают? Для развития нашей страны, во благо нашего народа. Только для этого. И то, что референдум будет – я в этом не то что не сомневаюсь, он должен быть, и эта Конституция повлияет на устойчивое развитие будущего нашей страны.

А то, что второй вопрос – готовы ли наши правоохранительные органы – конечно, готовы. Мы сделали соответствующие выводы, внесли поправки в законодательную базу, материальную базу обеспечения силовых структур. Отработали ряд взаимодействующих вопросов. Провели штабную тренировку с государственными органами по работе в условиях, скажем так, возникновения массовых беспорядков. Сегодня я уверен, что руководители понимают, как действовать, что нужно делать, как взаимодействовать, чтобы не допустить того, что было год назад. Поэтому я уверен и вам ответственно заявляю, сегодня силовой блок, военная организация государства, в которую входят все министерства и ведомства, готовы для пресечения каких-то негативных последствий в нашей стране.  

Алена Сырова:  
Замышляют это все в том числе и наши беглые оппозиционеры так называемые. И в отношении многих из них уже в Беларуси заведены уголовные дела, они обвиняются в совершении тяжких и особо тяжких преступлений. Но некоторые из этих людей находятся далеко за пределами нашей страны. Есть ли возможность, есть ли рычаги действительно привлечь их к ответственности здесь?  

«Суд заочно приговорит к тому или иному наказанию»  

Александр Вольфович:  
Абсолютно правильно заметили, упущение в уголовно-процессуальном законодательстве в нашей стране, наверное, было. Тот принцип неотвратимости уголовного наказания за совершенное преступление не выполнялся. Совершил здесь преступление, уехал и спокойно живет. Даже по запросу, что и демонстрирует сейчас действительность, правоохранительного блока по политическим мотивам их не выдают оттуда. Тем не менее предлагается ввести поправки в закон, чтобы была возможность в стране привлекать к уголовной ответственности, то есть осудить.

Суд заочно приговорит к тому или иному наказанию. В зависимости от тяжести совершения проступка. Конечно же, он будет находиться за границей, конечно же, его не выдадут. Но то, что он приговорен, к примеру, к двум, трем годам лишения свободы или другому сроку, который определит суд, это будет, наверное, накладывать определенный отпечаток. Эту инициативу Следственного комитета поддержал Верховный суд и поддержала Генеральная прокуратура. Но вопрос очень сложный, серьезный. И предлагается этот вопрос рассмотреть на ближайшем заседании Совета безопасности.  

Алена Сырова:  
То есть можем ожидать каких-то таких решений.  

Александр Вольфович:  
Таких решений, да. Члены Совета безопасности будут докладывать главе государства и глава государства как председатель Совета безопасности тоже выскажется по этому поводу. Надеюсь, что глава государства поддержит. Потому что человек, совершивший преступление, должен быть осужден. Беларусь не инициатор и не первопроходец в этом вопросе. Такая практика и такие меры уже приняты на территориях и ближнего, и дальнего зарубежья, в странах СНГ. О чем говорить, вот в Германии, Франции, в Нидерландах такие законы уже существуют.