Почему на крыше МВД стоит скульптура богини земледелия?

27.06.2018 - 18:33

Единственная богиня в Минске восседает на крыше министерства внутренних дел. 

Роман Абрамчук, культуролог и экскурсовод:
Это – богиня Деметра, богиня земледелия. Какая связь между министерством внутренних дел и земледелием? Дело в том, что раньше эта земля принадлежала графу Чапскому, на ней в начале ХХ века было построено здание, большая часть его была занята товариществом земледельческой взаимопомощи.

Организация, которая являлась такой общей кассой, так сказать.

И многие другие организации, важные для города – отделение Либаво-Роменской железной дороги также в этом здании размещалось, которое, само по себе, оригинальное. Это – оригинальное здание начала ХХ века, построенное архитектором Генрихом Гаем.

Богиня Деметра, предположительно, авторства Станислава Гайдукевича, с которым архитектор Генрих Гай поддерживал тесные творческие связи, проводит время не одна, а в компании.

Роман Абрамчук, культуролог и экскурсовод:
На крыше вместе с ней, вероятно, её дети. Кто знает, чьи они? Но миф нам подсказывает, что судьба Деметры очень тесно была связана с её дочерью Персефоной, и имела она ещё сыновей. Вероятнее всего, это они изображены скульптором. Красота этой скульптуры в том, что она выбивается из ряда всех остальных скульптур Минска. И поэтому мы её так ценим, любим.

За вот эти шляхетные черты лица, за утончённые ручки.

Пусть себе и колоски, и листья, и цветочки. Совсем не похожа на то, что мы видим в наследии 50-ых годов.

«Давайте будем давать им имена, придумывать про них истории»: легенды и факты о минских скульптурах на крышах

Люди в материале: Роман Абрамчук
Loading...


«Рассказывали родители, что башня стоит на деревянных сваях». Как живут в «Воротах Минска»



Архитектурный комплекс на Привокзальной площади – самый узнаваемый силуэт белорусской столицы. Две 11-этажные башни выросли здесь в конце 40-ых годов, когда Борис Рубаненко затеял масштабную реконструкцию района, рассказали в фильме «Тайны Беларуси». .

Сергей Сергачев, доктор архитектуры, профессор БНТУ:
Впервые в Минске была реализована не просто башня, а два района. Они дальше были застроены 5-этажными  домами. Решалось комплексно: и детский  садик, и поликлиника на первом  этаже, и магазины, и хлебный отдельно. То есть для тех людей, которые тут живут, всё было.

Сергей Лаврусевич заселился в этот дом двухлетним мальчиком с родителями и братом в 1951 году.

Сергей Лаврусевич, житель дома №1 по улице Кирова:
Строились они в те времена, когда требования к строительству были немножко другие и жильё это было немножко другое. Потолки у нас в квартире – 3 метра 30 сантиметров.

Одна из самых удивительных особенностей планировки – проходные квартиры. Для детей это было настоящим чудом – двери распахивали настежь и ребятня гоняла на велосипедах, переезжая из одной в другую. А за столом на праздники собирались сразу все жильцы.

Сергей Лаврусевич:
По внутренней планировке, по лестничной клетке между квартирами находились двери, которые связывали все квартиры. Соседние квартиры, находящиеся напротив. Вот здесь стояла дверь входная, которая закрывалась на ключ. С этой стороны  точно такая же дверь стояла – для прохода на кухню и дальше.

Со временем двери убрали, а проёмы заложили кирпичом. Но память сохранила все детали. Например, как железнодорожные пути проходили едва ли не перед подъездом. И вагоны с новосёлами останавливались под окнами нового дома.

Сергей Лаврусевич:
Рассказывали родители о том, что башня стоит, вообще, на деревянных сваях, дубовых сваях. Тот паркет, который лежит сейчас, он лежит с 1951 года. Дубово-берёзовый паркет, который выдержал большие сроки.

Родители – заслуженные железнодорожники, вместе со всеми поднимали город из руин. Семья заехала сразу в собственные апартаменты. Некоторым повезло меньше. В квартирах жили по принципу коммуналок. Две смежные комнаты, гостиная и общая кухня. Семьи росли  и постепенно обзаводились отдельным жильём. Впрочем, несмотря на то, что приходилось с кем-то делить жилплощадь, иметь квартиру в башне было очень престижно.

Сергей Лаврусевич:
Печка находилась вот здесь, топилась дровами. Здесь в 60-ые была перегородка, отдельно, как комната, как спальня.